1. Что такое «Русский мир»?

В российских средствах массовой информации за последние пять — шесть лет получили широкое распространение термины «Русский мир» и «собирание Русского мира». Гражданам других постсоветских стран они стали известны в связи с событиями 2014 года — захватом Крыма Россией (под предлогом «возврата исконно русской территории») и началом «гибридной войны» России против Украины (под предлогом «защиты прав русских, проживающих в Украине»).

Для начала бросим взгляд на историю вопроса. Кирилл, патриарх Русской Православной Церкви (РПЦ), выступая в 2009 году на открытии «Ассамблеи Русского мира» (которую организовал общественный фонд «Русский мир»), дал определение и сформулировал задачи.

Определение «Русского мира» и его задач

По определению патриарха, «Русский мир» — это «цивилизационное пространство, ядром которого являются Россия, Украина, Беларусь».

«Россия, Украина и Беларусь — это и есть Святая Русь!» — такой слоган обычно скандируют участники мероприятий, посвященных популяризации концепции «Русского мира».

В более поздних выступлениях патриарх добавил к «Русскому миру» еще и Казахстан с Молдовой. Так, на встрече с иерархами Кишинёвско-Молдавской митрополии он сказал:

«Нас иногда спрашивают: „А почему вы причисляете Молдову к Святой Руси, ведь молдаване говорят на ином, неславянском языке?“ И я отвечаю, что Святая Русь — это понятие не этническое, не политическое, не языковое; это духовное понятие. Когда мы молимся вместе с нашими братьями и сёстрами из Молдовы, мы не чувствуем никакой разницы — мы один народ пред Богом. Эта общность ценностей, общность духовной ориентации и формирует наше духовное единство, которое превыше всяких политических границ».

А 1 сентября 2010 года на торжественном приёме по случаю празднования Дня православного казачества патриарх Кирилл заявил, что к пространству Святой Руси, а значит, и «Русского мира» следует относить также Казахстан:

«Сегодня очень важно, чтобы укреплялась казачья солидарность и развивалось казачество Святой Руси — в Российской Федерации, Украине, Белоруссии, Казахстане — везде, где посеяны семена казачьей доблести и казачьего мужества. Вот почему нам нужен единый праздник, который бы объединял всех — все казачьи войска и казаков, находящихся в разных странах — наследниках Святой Руси».

Патриарх также назвал четыре основных фактора, позволяющих включать те или иные народы и страны в цивилизационное пространство «Русского мира»:

(1)     православная вера;

(2)     русский язык и русская культура;

(3)     общая историческая память;

(4)     общие взгляды на развитие общества (то есть общая идеология).

Как известно, в современных общественных науках под цивилизациями понимают исторически возникшие культуры, сохраняющие свои основные черты на протяжении длительного времени. При таком подходе цивилизации — это устойчивые системы традиций, моральных и правовых норм, общественных наук, литературы, то есть феномены ментального плана. Соответственно, для каждой отдельной цивилизации (или культуры) характерны своя господствующая религия, основной письменный язык, своя трактовка истории (главное внимание в которой уделено именно этой цивилизации), свои взгляды на то, в каком направлении и за счет чего должно развиваться общество.

Однако нынешнее руководство России и РПЦ, а также обслуживающие их интересы идеологи-пропагандисты представляют «цивилизационное пространство Русского мира» скорее материально, чем ментально. В их понимании «Русский мир» — это в первую очередь те постсоветские государства — бывшие колонии России — где имеются значительные группы русскоязычного населения. Так, безымянный автор статьи в Википедии определяет «Русский мир» следующим образом:

«Русский мир — это глобальный культурно-цивилизационный феномен, состоящий из России как материнского государства и русского зарубежья, объединяющий людей, которые независимо от национальности ощущают себя русскими, являются носителями русской культуры и русского языка, духовно связаны с Россией и неравнодушны к её делам и судьбе».

Тот же автор пишет:

«В широком смысле можно сказать, что Русский мир опирается на людей сходной культуры и близкого менталитета, независимо от их генетических, религиозных и других различий».

Российские политики, иерархи церкви, идеологи, публицисты не желают признавать популярность существующих в этих государствах других церквей (в том числе православных, но не входящих в юрисдикцию РПЦ), наличие своих национальных языков, своих исторических и политических концепций, принципиально отличных от концепции той политической группировки, которой сегодня принадлежит власть в России.

Доводилось уже слышать и читать массу заявлений о том, что границы «Русского мира» — это вся территория бывшего Советского Союза; шире — Российской империи (то есть с добавлением Финляндии и Польши); еще шире — ареал распространения православной религии в качестве господствующей (то есть с добавлением Румынии, Болгарии, Греции, Македонии, Сербии, Черногории).

Главная задача «Русского мира», по мнению патриарха — «стать сильным субъектом глобальной международной политики, сильнее всяких политических альянсов» (см. «Выступление Святейшего Патриарха Кирилла на торжественном открытии III Ассамблеи «Русского мира»»).

Решение этой задачи заключается, по его словам, в «сплочении Русского мира». Эта задача (быть сильнее других политических альянсов) ясно показывает, что сутью концепции «Русского мира» является идеологическое обоснование самого тесного союза с Россией (вплоть до объединения) постсоветских государств, в первую очередь Беларуси и Украины.

Рассуждения же о православной вере, русском языке и общей памяти являются для церковных иерархов всего лишь дымовой завесой, призванной замаскировать чисто земные, корыстные цели той группировки политиканов, которой служат эти иерархи.

Таким образом, весь словесный шум российских СМИ вокруг идеи «Русского мира» и задач по его «собиранию» — всего лишь новая редакция лозунга императрицы Екатерины II «отторженное возвратих», выбитого на медали, отчеканенной по случаю захвата Россией обеих частей Речи Посполитой — Великого Княжества Литовского и Польского королевства.

Применительно к Беларуси и Украине идея «собирания Русского мира» оказывается новым изданием хорошо знакомого нам «западнорусизма». Именно эту замшелую концепцию сегодня снова пропагандируют определенные круги в России, а также «агенты влияния» Москвы и местные компрадоры в Беларуси и Украине.

Таким образом, концепция западнорусизма является в настоящее время конкретным вариантом общей идеи «Русского мира» в Беларуси и Украине.

На практике идея собирания «Русского мира» (восстановления единого пространства никогда не существовавшей «Святой Руси») означает восстановление прежних колониальных отношений Москвы с бывшими союзными республиками. В том случае, если политическое руководство и преобладающая часть населения бывших колоний подчиняются этому тренду, Россия ограничивается применением «мягкой силы». Если же национальные лидеры и общественность сопротивляются, Россия использует грубое насилие (газовую и нефтяную петлю, эмбарго на поставки товаров и прочее, вплоть до прямого военного вторжения). Тому примеры — вооруженная поддержка сепаратистов в Молдове в 1992—1995 гг., нападение на Грузию в 2008 году, необъявленная «гибридная война» против Украины, ведущаяся с июля 2014 года.

Отражение концепции «Русского мира» в массовом сознании

Отметим и подчеркнем важное обстоятельство. Идея «Русского мира» и его «собирания» в настоящее время очень популярна в России. Российские власти не навязывали ее своему народу. Он (народ) сам искренне тоскует о развале колониальной империи, которую цари создавали огнем и мечом на протяжении более чем 500 лет. Весьма характерно то, что утраченное «величие» и народ, и власть понимают одинаково — как военную мощь («раньше нас все боялись») и как огромную территорию политически единой империи.

Все сказанное выше позволяет понять причины тех явлений в общественно-политической жизни России, которые раздражают, огорчают и пугают ее ближних и дальних соседей. Это:

  • навязчивое стремление российского руководства и пропаганды изображать современную Россию «великой державой» — вопреки ее экономической, технологической и социальной отсталости (согласно популярному определению, нынешняя Россия — «бензоколонка с ракетами»). Отсюда же упрямое позиционирование россиянами самих себя как «старших братьев» по отношению к белорусам и украинцам;
  • отчётливо выраженная потребность российских масс в том, чтобы «новому царю» (даже если он формально называется президентом) принадлежала вся полнота власти; ненависть к демократическому устройству общества и государства;
  • нежелание и «верхов», и «низов» российского общества реорганизовать ключевые сферы общественно-политической жизни в духе мировых трендов XXI века. Под лживым предлогом, что «Русский мир» якобы пронизан духовностью православной веры и культуры, утверждается, что он должен идти своим «особым путём»;
  • осуждение «глобального Запада» абсолютно за всё, чем он принципиально отличается от России;
  • демагогические заявления о государственной, экономической, военной и культурной несостоятельности бывших союзных республик;
  • крайне болезненная реакция на «переписывание истории» не только в постсоветских государствах (бывших союзных республиках), но и в бывших странах «социалистического лагеря»;
  • по логике Кремля и его верноподданных выходит, что Россия находится в состоянии кризиса не потому, что группировка выходцев из спецслужб превратила огромную страну в источник личного обогащения, а потому, что за рамками «Русского мира» остались этнические русские в Украине, Беларуси, Прибалтике, Закавказье, Казахстане. Отсюда вопли о необходимости защиты «соотечественников за пределами России» от национального угнетения.
  1. Мифы западнорусистов

Как уже сказано, в Беларуси и Украине идея «Русского мира» нашла свое воплощение в мифах так называемого «западнорусизма». Напомню, что этот термин ввёл в научное употребление в 1929 году белорусский политический деятель и ученый Александр Цвикевич в своей книге «Западнорусизм».

Главную роль в разработке идеологии западнорусизма сыграли представители московской церкви (РПЦ), действовавшие на территории Юго-Западного края (Украины) и Северо-Западного края (Беларуси). Основными в ней являются нижеперечисленные мифы, все остальные — производные от них.

(1) Центральная идея западнорусизма — отрицание белорусов и украинцев в качестве самостоятельных народов (этносов), отождествление их с великорусским этносом. Известен тезис: «белорусы и малорусы принадлежат к единому этнокультурному сообществу, имя которого — русский народ».

Иными словами, белорусы и украинцы — это жители западных частей единого Древнерусского государства, имевшие некоторые региональные особенности. Отделение этих частей во время «татарского ига» от Московской Руси и переход под влияние польской культуры усилило этнографическую специфику населения указанных «частей». В результате «местные националисты заговорили о самобытных народах».

(2) На самом же деле у белорусского и украинского народов нет, и никогда не было ничего своего — ни языка, ни государства, ни церкви, ни истории, ни профессиональной культуры. Все это принадлежит «Русскому» или «Польскому миру», русской или польской истории и культуры.

Например, белорусский и украинский языки — не более чем искусственная «выжимка» из местных диалектов русского языка, сильно «испорченных» длительным польским влиянием. Эту «выжимку» создали в конце XIX — начале XX века ужасные злодеи — «местечковые националисты» (определение профессионального провокатора К. Аверьянова). Поэтому всем должно быть понятно, что русификация есть благо для белорусов и украинцев, ибо она возвращает их в лоно «Святой Руси».

(3) Великое Княжество Литовское — это в основном земли русских княжеств, захваченные Литвой (маленьким, но воинственным балтским государством), что было обусловлено распадом единого Древнерусского государства в результате татарского нашествия середины XIII века. Позже всю территорию ВКЛ (и собственно Литву, и русские княжества) подчинила себе Польша.

Оказавшись в составе ВКЛ, а затем Польши, все белорусы и украинцы — от князей до смердов — стали ориентироваться на Москву как единственный источник освобождения от власти литовских и польских феодалов. Московия с конца XV века систематически вела войны против «поляков» с целью освобождения «братьев по крови и вере», но только в конце XVIII века России — наследнице и преемнице Древней Руси — удалось освободить «западных русских» силой оружия.

(4) Историю белорусского и украинского народов следует рассматривать в плане подавления трудовых масс иностранными завоевателями (литовцами, поляками) и местными эксплуататорами, а постоянным союзником этих масс всегда выступала Московия (Россия). И это несмотря на то, что в ней существовал режим политического произвола и юридического бесправия (самодержавие), а основная часть населения находилась в состоянии рабства, скромно называемого крепостным правом.

Соответственно, присоединение этих народов (пусть даже силой оружия) к России давало в основном положительные результаты, и в любом случае было для них «меньшим злом». Беларуси и Украине было «лучше» присоединиться к России, чем к Пруссии или Австрии. Поэтому аннексия этих двух стран Россией в XVIII веке стала «прогрессивным» явлением для местного населения в сферах экономики, права, культуры, внутренней политики.

(5) Единственная приемлемая религия для «западных русских» — православие московского образца, но не греческого. И что с того, что православие возникло именно в Греции?! Московская церковь в тысячу раз «правильнее» греческой хотя бы уже потому, что Греция свыше четырех столетий находилась под властью османов. А уже о католицизме, баптизме, кальвинизме или лютеранстве для «западных русских» вообще не может быть речи.

(6) Свет истины всегда сиял только в Москве — весь остальной мир со времен великого князя Василия II, отвергшего Флорентийскую унию 1439 года, вот уже почти 600 лет идет в неверном направлении. Соответственно, этот «остальной мир» гибнет на глазах («гниет и разлагается»), тогда как Россия непрерывно движется к вершинам духовности, справедливости, гуманизма, культуры человеческих взаимоотношений, материального изобилия…

(7) «Великороссы» изначально («по праву рождения») были «старшими братьями» и даже «учителями» для всех народов, которых московские ратники огнем и мечом гнали под «высокую руку светлого царя». Все достижения цивилизации белорусам и украинцам, естественно, принесли русские.

Преследование белорусского и украинского языков, культуры, национальной церкви царским режимом (например, ликвидация униатской церкви в 30-е годы ХІХ века, запрет белорусского языка в 1866 г.) и советской властью (например, массовый террор против национальной интеллигенции в 1930—1941 гг.) — это мелочи, недостойные упоминания. Их специально раздувают националисты для того, чтобы вбить клин между братскими народами.

(8) Попытки отдельных народов Российской империи освободиться от власти Петербурга или Москвы во все времена являлись происками местных националистов, которых вдохновляли и поддерживали «реакционные силы Запада». Современное белорусское и украинское национальные движения — сознательно антирусский проект, в создании и развитии которого важнейшую роль сыграли поляки.

Эти движения существуют только за счет финансирования «глобальным Западом». Достаточно его прекратить — и все националисты мгновенно исчезнут, ибо украинцы и белорусы в своем подавляющем большинстве их не поддерживают. Они мечтают лишь о том, как бы слиться в любовном экстазе со старшим братом — великим русским народом.

Соответственно, политических деятелей этих стран надо оценивать в зависимости от их симпатий или антипатий к России и ее правителям, вне зависимости от исторической эпохи и от конкретного содержания российской политики.

(9) Великое Княжество Литовское, Русское и Жамойтское в свое время создали литовцы (под которыми понимаются жамойты), тогда как Речь Посполитая — это польское государство. Государства белорусов (БССР) и украинцев (УССР) впервые возникли только в годы советской власти и только благодаря большевикам во главе с великим Лениным.

(10) Московское государство, Российская империя, СССР никогда никого не завоевывали и не покоряли, а только «освобождали»» или «воссоединяли». Например, ликвидация ВКЛ в XVIII веке — это не завоевание, а «возвращение» исконно русских земель, временно потерянных во времена «татарского ига». Соответственно, россияне по отношению к Беларуси и Украине, белорусам и украинцам во все времена были только «освободителями» и никогда — захватчиками.

(11) Из всех этих выдумок следует логичный вывод: части непременно должны «слиться» с основной массой — великой Россией. Иными словами, Беларуси и Украине надо отказаться от своей «нелепой» независимости и войти в состав России в виде автономий, а еще лучше — отдельными областями.

(12) Еще один миф призван служить предупреждением для сторонников «Русского мира». Советский Союз (современный вариант Святой Руси) был государством с образцово-показательным устройством общества. Поэтому он не мог погибнуть от внутреннего кризиса, его «развалили» агенты западных спецслужб. Вот и сегодня они стремятся развалить Россию.

Самый надежный заслон таким устремлениям — политика самоизоляции от «глобального Запада», а внутри страны — обращение к своим традиция и «духовным скрепам», то есть ко всему отсталому, глупому, реакционному, подлому и преступному что накопило Московское царство за 750 лет своей истории.

  1. Критика

Вообще говоря, любая полемика с приверженцами идей «Русского мира» и «западнорусизма» лишена смысла. Это абсолютно невменяемая публика. Основной их «полемический прием» очень прост и абсолютно не поддается какой-либо коррекции: «Россия всегда права — была, есть и будет»; Россия — это «Святая Русь», который противостоят бездуховные страны «глобального Запада» (намек на то, что правящие элиты глобального Запада служат дьяволу).

Поэтому приведенные ниже критические замечания предназначены исключительно для «нормальных людей».

О характеристиках «Русского мира»

Православная вера

Если православная вера — объединяющий фактор «Русского мира», то почему в цивилизационном пространстве «Русского мира» нет Грузии и Армении, Румынии и Болгарии, православных верующих США и Канады, стран Западной Европы, имеющих свои собственные церкви, не подчиняющиеся юрисдикции патриарха РПЦ?

Что такого особенного в православии московского образца? Если оно чем-то «лучше» других вариантов, то получается, что спасение души в других церквах либо вообще недоступно, либо менее доступно. Однако подобный тезис является чушью, даже сама РПЦ никогда не ставила вопрос таким образом.

Русский язык и русская культура

Идеологи «Русского мира» призывают развивать и распространять именно русский язык и русскую культуру как объединяющий фактор. Но мы знаем по собственному горькому опыту последних 250 лет, что этот призыв является прикрытием для русификации нерусских народов, для уничтожения национальных языков и культур.

С этой целью в России создан ряд правительственных и неправительственных организаций. Среди них отметим фонд «Русский мир», который финансируется в основном за счет российского государственного бюджета. Он создан летом 2007 года специально для внедрения и поддержки программ изучения русского языка за рубежом. Главные целевые программы фонда — «Кабинеты русского мира», «Профессор русского мира», «Стажировки русского мира».

Другие аналогичные организации — федеральное агентство «Россотрудничество», имеющее собственные представительства в 76 странах мира и годовой бюджет 550 млн долларов, а также фонд имени князя А.М. Горчакова.

Общая историческая память

Общая история у народов есть, но редко бывает согласие в оценке её событий. Одни и те же исторические факты получают разную оценку даже внутри одного народа, не говоря уже о разных народах. Наличие общих фактов истории, оцениваемых по-разному, — скорее разъединяющий, чем объединяющий фактор. Например, россияне печалятся в связи с тем, что после распада СССР несколько миллионов этнических русских «вдруг» оказались за границей. Так, автор Википедии заявляет:

«Особое внимание к этой концепции возникло в начале ХХI века в среде множества людей, распылённых по постсоветским странам, возникшим в результате распада СССР, а также вынужденных эмигрировать из этих стран в 90-е гг. ХХ века».

Но при этом такие «плакальщики» категорически не желают касаться вопроса о том, каким образом этнические русские попали в «новую заграницу». Представители титульных народов постсоветских стран постоянно напоминают: переселение русских в захваченные Россией страны являлось частью общей программы русификации, предусматривавшей уничтожение национальных языков и национальной культуры. Однако мнение аборигенов россиян абсолютно не интересует. Любые исторические доказательства такого рода они квалифицируют как русофобию!

О мифах западнорусистов

Принципиальные возражения против распространяемых россиянами мифов таковы:

  • Никогда не было единого Древнерусского государства и единой «древнерусской народности». Жители Московии (России) — славянизированные потомки угро-финских и тюркских племен; жители Литвы (Беларуси) и Жамойтии (Летувы) — потомки балтских племен (здесь славянизировались только литвины-белорусы); жители Руси (Украины) — славянизированные потомки скифо-сарматских (иранских) племен.
  • Киевская Русь, достигшая своего расцвета в XI—XII веках, не была единым государством. Киевской Русью ученые называют конгломерат автономных княжеств, населенных разными этносами. В большинстве из них правили местные династии, которые лишь номинально признавали «верховную власть» киевского князя. Династия «Рюриковичей» — миф, созданный на основе «Повести временных лет», представляющей собой литературную обработку устных легенд и преданий. Громкий эпитет — «империя Рюриковичей» — просто выдумка (и сам Рюрик — тоже вымышленный персонаж).
  • Государственность на белорусских землях возникла намного раньше, чем на территории финского Залесья появилось Владимиро-Суздальское княжество, позже превратившееся в Московское. Полоцк уже в 882 году заключил договор с Киевом, тогда как Москву (по официальной версии) в 1147 году основал киевский выходец князь Юрий Владимирович «Долгорукий» — на 265 лет позже.

Фактически же Московское княжество появилось только в 1277 году, когда хан Золотой Орды Менгу-Тимур выдал ярлык на самостоятельное княжение Юрию, сыну Александра Невского. Туровское княжество появилось в начале Х века. Миндовг стал «королем Литовии» в 1253 году, а удельное Московское княжество появилось через 24 года после этого события.

  • Московское государство изначально было деспотией азиатского типа. Это закономерно, так как оно на протяжении свыше 240 лет (до 1480 г.) являлось автономной частью Золотой Орды. Развитие общества в ВКМ шло по принципиально иному пути, чем в ВКЛ. Не случайно московские деспоты Иван III, Василий II и Иван IV уничожили феодальные республики — Новгород, Псков и Вятку.
  • ВКЛ присоединяло к себе соседние мелкие княжества путем военного захвата, династических браков, политических союзов. Так же действовало и Московское княжество. Соперничество между ними было обычной борьбой за территории и сферы влияния, но московские государи — в отличие от великих князей Литвы — обосновывали свои захваты династическими правами (якобы возвратом своих вотчин), а также идеологическими аргументами (якобы борьбой за права православных).
  • Не было никакого воссоединения «исконно русских земель». Начиная с 1492 года, московское государство упорно стремилось захватить Великое Княжество Литовское и Польское королевство. В результате 300 лет непрерывной агрессии ему удалось сделать это.
  • Аннексия ВКЛ стала огромным шагом назад для его населения во всех сферах политической, общественной, экономической и культурной жизни. Достаточно сказать о таких отвратительных «новшествах», как внедрение рабства крестьян (крепостного права) и рекрутчины (пожизненной бесплатной службы в армии), ликвидация самоуправления городов (Магдебургского права) и самоуправления шляхты (сеймов и сеймиков), установление режима религиозной нетерпимости.
  • Московская церковь по своей сути сильно отличалась от греческой православной. В частности, обожествляла московских великих князей, а затем и ханов Золотой Орды, тогда как в Византии это считалось ересью. Более того, когда в Золотой Орде утвердился ислам, церковь Москвы переняла ряд элементов этой религии. А в ВКЛ православная церковь была греческой. Всё время своего существования она расходилась с московской церковью по многим вопросам теологии, литургии и канонического права.

Более того, в XVI — первой половине XVII века здесь успешно распространялся протестантизм (кальвинизм и социнианство), вообще отсутствовавший в ВКМ. Но самое главное отличие — религиозная терпимость на землях Великого Княжества Литовского, в отличие от Московии и России.

Заключение

Вот уже полтора года продолжается необъявленная война России против Украины, развязанная Путиным и его правительством. Один из главных ее результатов состоит в том, что все нормальные люди убедились: русские и украинцы действительно два разных народа.

Парадокс российской имперской концепции, известной под названиями «Русский мир» и «западнорусизм» в том, что российская агрессия стала невольным орудием прогресса. Не будь её, миф о том, что русские и украинцы — «один народ» еще какое-то время продолжал бы существовать. Путин, сам того не желая, показал всему миру, что существуют и Украина как государство, и украинская нация. Так история устранила этот спекулятивный миф, разрушив тем самым одну из главных «скреп» империи.

Путин и его соратники думали, что Харьков, Мариуполь, Одесса упадут им в руки, а они оказались украинскими городами — не просто географически, но по своей сути. Химерой оказалась не Украина, а имперские представления Путина о том, что Украина (а также Беларусь, Казахстан, Грузия, Молдова) — некое «историческое недоразумение». Путин жестоко ошибся, и благодаря этой ошибке выступил архитектором новой, постколониальной реальности. Заодно он резко обозначил ущербность нынешней Российской Федерации с её фашистской атмосферой и стремительной деградацией населения под флагом «собирания Русского мира».

Автор: Анатоль Тарас, научный секретарь Института белорусской истории и культуры. Запісы №6